Интервью Председателя Внешэкономбанка В.А. Дмитриева телеканалу "Россия 24"

"Россия 24",
ИНТЕРВЬЮ,
16.07.2014, 13:37

Ведущий Марат Кашин

ВЕДУЩИЙ: Чтобы перейти к полномасштабным расчетам в национальных валютах они должны быть устойчивыми. В этом убежден глава Внешэкономбанка Владимир Дмитриев. Также в интервью нашему каналу он выразил позицию банка по "Мечелу" и "Интер РАО".

- Итак, пожалуй, главные события на форуме и здесь, на саммите BRICS, - это создание нового Банка развития и пула резервных валют. Насколько это принципиально важно? И как вы думаете, изменит ли это вообще расклад сил на мировой финансовой арене?

Владимир ДМИТРИЕВ, председатель Государственной корпорации "Банк развития и внешнеэкономической деятельности (Внешэкономбанк)": Если говорить о банке, не думаю, что сейчас мы вправе говорить о глобальном изменении расстановки сил на мировой арене. Поскольку банк все-таки заточен на решение локальных, но, тем не менее, масштабных задач. Для него в качестве приоритета определено финансирование инфраструктуры, потребности в которой колоссальные. По данным Всемирного банка, до 2030 года развивающимся странам потребуется финансирование инфраструктуры в размере 15 триллионов долларов. Поэтому создание банка- первая идея, которая несколько лет назад была вброшена в повестку дня саммита BRICS, и он призван решать эту задачу.

Важно, что страны договорились и об объемах, и о технических вопросах, связанных с местом расположения штаб-квартиры, с составом совета директоров. На мой взгляд, есть все основания полагать, что руководством министерств финансов, которые отвечают за создание этого банка, будет позитивно воспринята идея, которую предложили национальные Банки развития стран BRICS, о том, чтобы костяк кадрового состава нового банка формировался за счет сотрудников Банков развития стран BRICS. Ну и другая помощь, связанная с техническим оснащением банка, с прохождением стажировки сотрудников банка в национальных Банках развития. Эти идеи вполне рациональные. И мне думается, они тоже будут поддержаны.

- А как все-таки будут приниматься решения, кто будет принимать решения, каким образом, кому и на каких условиях выдавать кредиты?

Владимир ДМИТРИЕВ: Этим будут заниматься, естественно, совет управляющих и совет директоров. Банк будет руководствоваться самыми лучшими международными практиками, которые распространены в международных финансовых институтах развития, - и Всемирный банк, и Европейский банк реконструкции и развития, и Европейский инвестиционный банк, Азиатский банк развития. И соответственно, органы корпоративного управления, исходя из лучших практик, будут принимать соответствующие решения.

Главное, что страны договорились об объемах, которые каждая из них выделит на паритетных началах в уставной капитал. Объявленный капитал будет составлять 100 миллиардов долларов, оплаченный траншами - 50 миллиардов долларов.

Говоря о фонде, эта идея, может быть, даже в большей степени соответствует вашему вопросу относительно передела. По крайней мере, будет оказана серьезная поддержка и национальным валютам, и национальным бюджетам за счет формирования этого фонда. И конечно, операции, которые будут проводиться в рамках фонда, они в известной мере будут содействовать и тому, чтобы национальные валюты стали валютами расчетов в торговле и в инвестициях стран-участниц BRICS.

- А вот все-таки ряд экспертов, когда обсуждают сейчас эту идею - создание нового банка, говорят, что нужно как-то уходить от доллара и стремиться как раз к расчетам в национальных валютах. А все-таки взносы в капитал банка делают в долларах. Не противоречит ли это каким-то заявлениям?

Владимир ДМИТРИЕВ: Для того, чтобы перейти к полномасштабным расчетам в национальных валютах, нужно сделать очень многое. Во-первых, валюты должны быть устойчивые. Во-вторых, должна быть отработана схема свопов национальных валют. Но примеров того, что национальные валюты используются уже и во взаимной торговле, и в международных расчетах, достаточно. Надо вспомнить недавнюю инициативу Китая о создании крупного Азиатского банка, где идея содержит как раз предложение о том, чтобы юань был валютой расчетов, по крайней мере, в инвестиционном движении.

Что касается наших отношений с Китаем, рубль и юань уже используются в расчетах в приграничной торговле. Юань котируется на Московской валютной бирже. Так что, мы делаем вполне уверенные движения. Разумеется, надо еще много преодолеть технических, системных трудностей для того, чтобы ставить в нынешней ситуации вопрос о том, чтобы капитал формировался в долларах.

- А вот еще один важный вопрос. Как отмечают эксперты, когда, например, мы говорим о Международном валютном фонде, все-таки там выдают кредиты на достаточно жестких условиях. В том смысле, что требуют изменений в экономике в стране. Вот в нашем случае, в случае стран BRICS, две эти новые финансовые организации будут требовать чего-то подобного? Считаете ли вы, что это нужно?

Владимир ДМИТРИЕВ: Я не думаю, что такие вопросы будут стоять в повестке дня деятельности Банка развития BRICS. Поскольку предоставляемые кредиты обусловливаются жесткими мерами бюджетного порядка, макроэкономического, фискального и так далее, поскольку речь идет о стабилизационных кредитах. Но кредиты, выдаваемые на инфраструктуру, на поддержку частного бизнеса, на поддержку банковской системы, и прежде всего - средних банков, они такими жесткими мерами не обусловливаются. Я имею в виду кредиты Всемирного банка, Европейского банка реконструкции и развития. Наоборот, эти кредиты призваны, поддерживая частный бизнес, развивая частную инициативу, давать свободу предпринимательской инициативе. В данном случае я говорю о России, поскольку хорошо знаю, как это все происходит. Поэтому в работе нового банка пока у меня нет оснований полагать, что речь пойдет о мерах поддержки макроэкономической стабильности в этих странах. Хотя, поддерживая инфраструктуру, естественно, мы создаем условия и для макроэкономической стабильности. Но инфраструктурное финансирование и все то, что связано с инфраструктурой, поскольку это - приоритет, - эта общая задача. Она будет направлена не только на решение в конечном итоге задачи преодоления инфраструктурных ограничений роста, но это и рабочие места, это и индустрия, и так далее. Это взаимный интерес всех стран BRICS. И разумеется, идя к решению этих инфраструктурных задач на базе взаимного интереса, никто, конечно, какие-то жесткие условия ставить не собирается.

- Потребность во вложениях в инфраструктуру большие во всех странах BRICS. Как будет определяться, кто первый и какие проекты важнее, допустим, при заявке...

Владимир ДМИТРИЕВ: Ну, я бы не стал сейчас брать на себя роль оракула, который знает ответы на все вопросы, связанные с деятельностью этого банка. Я думаю, что и учредители банка, имея в виду министерства финансов, тоже не в полной мере пока представляют себе, как будут приниматься те или иные решения, какие приоритеты странового плана будут поставлены во главу угла.

Но, разумеется, эти задачи будут решаться по ходу формирования самого банка. Надо, прежде всего, создать банк, надо создать его штат, надо оснастить его техникой, надо принять все необходимые корпоративные процедуры, регламенты и так далее. Я думаю, что на это уйдет достаточно времени. Но по ходу, конечно, вполне разумно сразу провести инвентаризацию тех проектов, которые могли бы стать предметом совместного финансирования. И исходя из общих интересов, и приоритетов тех или иных стран, принимать окончательные решения. Но, разумеется, когда речь идет об участии в финансовом институте большого числа стран... ну, если не большого, то, по крайней мере, территории и населения этих стран составляют существенную часть глобального мира, конечно, вопрос насчет два или три-четыре не принимаются. Это потребует определенных усилий, времени и экспертизы. Но у меня есть ощущение, что опираясь на то, как лидеры наших стран шли к принятию решения о создании банка, непосредственно в его работе больших проблем не будет.

- А как вы думаете, создание вот этого Банка развития и пула условных резервных валют подтолкнет как-то все-таки реформу Международного валютного фонда, которая, в общем-то, застопорилась из-за решения Конгресса США, который просто наложил вето?

Владимир ДМИТРИЕВ: Ну, если только отменить право вето, можно было бы рассчитывать на некоторые изменения. Но коль скоро оно существует, значит, мы должны жить в этих реалиях. Но то, что создание этого пула резервных валют подтолкнет к переосознанию тех реалий, в которых мы до сих пор жили, и к мысли о необходимости иной, более гибкой системы, основанной не на одной или двух валютах, а на интересах глобальных участников, - мне кажется, вполне резонно ожидать таких результатов.

- Есть еще несколько вопросов уже ближе, скажем, совсем к российской тематике. Конечно, у всех на устах сейчас происходящее с компанией "Мечел". И последняя новость, которая была, что все-таки они смогли договориться о пролонгации по кредитам с банком "ВТБ" почти на 15 миллиардов рублей. Вот вы, со своей стороны, готовы еще рассматривать какие-то варианты и возможности найти компромисс в этой ситуации? Есть ли эти варианты?

Владимир ДМИТРИЕВ: Вы знаете, после моего публичного заявления, вслед за которым последовало заявление министра промышленности, относительно судьбы "Мечела" и целесообразности решать ее в ином формате, нежели подставляя плечо без осознания последствий для Внешэкономбанка, после этого сразу последовали выступления официальных представителей "Мечела", где они стали говорить о возможности реструктуризации, о продаже непрофильных активов. То есть, как-то в ином ключе мысль заработала. Вот мне это нравится на самом деле. Но, помимо того, что мы рассматривали, других предложений не получали. Поэтому пока наша позиция остается прежней. Это позиция не просто моя. У нас было решение правления, на котором мы выработали консолидированное мнение. Его я озвучил. Мы другие варианты пока не рассматриваем. Но если движение пошло в другом направлении - в направлении готовности коммерческих банков рассматривать вместе с "Мечелом" возможные направления реструктуризации, такие шаги можно только приветствовать.

- А на ближайшем наблюдательном совете будете обсуждать эту ситуацию?

Владимир ДМИТРИЕВ: В повестке дня ее нет.

- Еще одна история, тоже такая российская. Речь о требовании ВЭБа к "Интер РАО" исполнить опцион на выкуп акций. Цена, если я правильно помню, порядка 31 миллиарда рублей. Сейчас рыночная - около пяти. В "Интер РАО" говорят, что денег нет. Что будете делать?

Владимир ДМИТРИЕВ: Я думаю, что судебные разборки с "Интер РАО" - это самое последнее дело. Но, разумеется, списывать на убыток в нынешней ситуации мы тоже не вправе, потому что опцион предполагал совершенно определенную цену, которая существенно отличается от нынешней рыночной. Напомню, что входили мы в капитал с одной определенной целью - с тем, чтобы не увеличивать долговую нагрузку "Интер РАО" и обеспечить за счет взноса в капитал строительство профильных для "Интер РАО" объектов. В частности, электростанций. Будем разговаривать с "Интер РАО". Мы пока сделали первые шаги в направлении реализации нашего права. Но если ситуация будет складываться иначе, нежели записано в нашем соглашении, значит, будем искать некие компромиссные варианты. Но еще раз подчеркиваю, для нас любая цена, отличная от той, которая вытекает из опционного соглашения, является неприемлемой.

- Есть такое мнение, его высказывают эксперты, что это требование ВЭБа связано с неким недостатком сейчас свободных средств.

Владимир ДМИТРИЕВ: У ВЭБа?

- Да.

Владимир ДМИТРИЕВ: Мы совершенно иным руководствовались. Мы руководствовались просто своим правом и истечением срока опциона. И уж точно, уверяю вас, у нас нет такой безусловной и жесткой потребности в деньгах, любым способом получаемых, в том числе за счет, по сути дела, жестких таких "unfriendly" мер по отношению к нашим партнерам. "Интер РАО" - это наш партнер. У нас в совете директоров наши представители. Поэтому мы дорожим нашими отношениями и, разумеется, не собираемся прессинговать до такой степени, чтобы любым путем реализовывать наше право. На самом деле, это коммерческий спор. Будем решать его так, как принято в цивилизованном мире.

- И последний вопрос. Не могу не спросить про докапитализацию ВЭБа. Было принято решение, Госдума в третьем чтении одобрила законопроект. Достаточно ли тех денег, которые вы получите?

Владимир ДМИТРИЕВ: Этих денег достаточно ровным счетом для того, чтобы выйти на показатели устойчивого финансового развития и устойчивого финансового положения. Я имею в виду, прежде всего, показатель достаточности капитала. Этих денег достаточно и для того, чтобы, опять-таки в контексте достаточности капитала, создавать необходимые резервы. Поскольку мы сейчас оказались в ситуации, когда не создавая резервы по кредитам олимпийским и опираясь на поручительство "Олимпстроя", при ликвидации "Олимпстроя" мы остаемся один на один. И соответственно, даже если будут приняты какие-то корпоративные решения, а не создание резервов, наши аудиторы и наши кредиторы, те, кто имеет облигации Внешэкономбанка, прекрасно понимают текущую ситуацию, и разумеется, будут ставить нам соответствующие вопросы, на которые нужно будет правильно отвечать. Но докапитализации нас в капитал второго уровня в этом объеме будет достаточно для того, чтобы создать необходимые резервы и чувствовать себя устойчиво.

Но у нас есть стратегия, в которую мы сейчас вносим коррективы, которая предполагает рост нашего кредитного портфеля, рост активных операций, определенный пакет обязательств по инвестированию. А вот все это, особенно с учетом сужающихся возможностей финансирования наших операций на внешних рынках, будет ставить вопрос о поиске иных, альтернативных мер господдержки. Мы не говорим сейчас о докапитализации только, мы говорим о других мерах государственной поддержки, которые позволили бы банку выполнять свою миссию - миссию Банка развития, и поддерживать российский промышленный экспорт, не занимаясь вещами, не свойственными нам.

- Спасибо вам большое за интервью, за комментарий.

Владимир ДМИТРИЕВ: Спасибо.