Интервью Директора Центра ГЧП Внешэкономбанка Александра Баженова телеканалу "Россия 24"

Телеканал "Россия 24",
ИНТЕРВЬЮ,
16.05.2012, 18:15

Ведущий Николай Корженевский

ВЕДУЩИЙ: Продолжим эфир обсуждением экономических тем, а именно обсуждением развития Дальнего Востока и Байкальского региона. В нашей студии директор Дирекции государственно-частного партнерства Внешэкономбанка Александр Баженов. Добрый вечер, Александр! Итак, Александр, есть специальная госкорпорация, которая будет заниматься конкретно развитием этого региона. Не могли бы вы в общем рассказать об этой структуре, что она из себя представляет и как она будет работать.

Александр БАЖЕНОВ, директор Дирекции государственно-частного партнерства Внешэкономбанка: Здесь необходимо уточнение. Есть Фонд развития Дальнего Востока и Байкальского региона, который был создан Внешэкономбанком в прошлом году по решению Наблюдательного совета. Мы вместе с регионами достаточно много времени потратили на то, чтобы запустить эту деятельность, сформировать идею концепции деятельности этого фонда. Государственная корпорация - это другая тема, была выдвинута в январе этого года Сергеем Кожугетовичем Шойгу, представлена председателю правительства. И достаточно долго шла отработка возможного специального законопроекта об особых условиях хозяйствования и развития Дальнего Востока и Сибири, который предполагал, что для того, чтобы обеспечить масштабное качественное развитие тех возможностей, которые создаются для Дальнего Востока и Сибири вследствие того, что центр экономической деятельности перемещается в тихоокеанский регион, для этого необходимы специальные условия, специальные механизмы.

ВЕДУЩИЙ: Чем закончилась эта дискуссия?

Александр БАЖЕНОВ: Но она еще не закончилась, мы узнаем достаточно скоро.

ВЕДУЩИЙ: Каковы промежуточные итоги.

Александр БАЖЕНОВ: Тем не менее, мы знаем, что, например, на заседании фракции "Единая Россия" в момент своего утверждения в качестве председателя правительства Дмитрий Анатольевич Медведев говорил о том, что, вероятно, на этом этапе нам необходимо сформировать механизмы управления для Дальнего Востока и Байкальского региона аналогичные тому, что существуют на Северном Кавказе. На Северном Кавказе, мы знаем, существует совмещение должностей полномочного представителя президента Российской Федерации, вице-премьера по этому региону. Существует специальная государственная комиссия, которую возглавлял председатель правительства. Одновременно с этим действует Корпорация развития Северного Кавказа - специальная организация, созданная Внешэкономбанком для того, чтобы поддерживать инвестиционные процессы, и одновременно существует целый ряд специальных инструментов, которые тоже должны поддерживать инвестиционные процессы, такие как, например, механизмы государственных гарантий по инвестиционным проектам на Северном Кавказе, специальный механизм государственных гарантий по инвестиционным проектам, которые будут реализовываться в Чеченской Республике, и одновременно формируется государственная программа развития Северного Кавказа, которую формирует Министерство регионального развития. Существует также и специальная организация, которая создает, как вы знаете, там целый ряд особых экономических зон по развитию туристической деятельности курортов Северного Кавказа, в которой Внешэкономбанк  тоже представлен в управлении. Применительно к Дальнему Востоку это означает, что мы тоже должны подумать о специфике Дальнего Востока, какого рода инструменты должны быть. Как я понимаю, специальная государственная корпорация по развитию такого макрорегиона, который занимает 49% от всей территории Российской Федерации, это, конечно, вызов, и этот вызов не должен ломать всю сложившуюся систему управления экономикой, политикой, развития всей страны.

ВЕДУЩИЙ: Насколько я понимаю, были идеи по созданию Фонда прямых инвестиций в этот регион. Почему эти идеи не были реализованы?

Александр БАЖЕНОВ: Да, действительно, в свое время полномочный представитель президента Виктор Ишаев обратился в правительство с предложением определить Внешэкономбанк в качестве генерального инвестора в развитие Дальнего Востока. Происходило это в момент кризиса, когда стало очевидно, что обеспечить развитие Дальнего Востока за счет чисто бюджетного финансирования капитальных вложений становится сложно, это достаточно очевидно. Почему? Потому что с точки зрения политических и экономических приоритетов в период кризиса основные средства, безусловно, идут на стабилизацию того, где основное население расположено, а у нас там очень мало населения, и где расположена основная экономика - у нас там очень мало экономики. Поэтому в период кризиса развитие можно было бы поддерживать за счет внебюджетного финансирования. Отсюда возник Внешэкономбанк. Наблюдательным советом Внешэкономбанка было поручено разработать, проработать идею создания Фонда прямых инвестиций Дальнего Востока, и мы этой темой занимались практически весь прошлый год совместно с субъектами Российской Федерации, совместно с министерством экономического развития, регионального развития и Министерством финансов. К какому выводу мы пришли? Мы решили оттолкнуться в первую очередь от двух вещей: какие проекты, каково состояние проектов, можно ли туда вкладывать прямые инвестиции, в конце концов. И вторая -  как на это смотрят инвесторы, что из себя представляет инвестиционная база. Если говорить по проектам, то там достаточно сложная ситуация. Там огромный инвестиционный спрос, который по заявкам регионов при формировании государственной программы развития Дальнего Востока превысил 10 триллионов рублей, порядка 2800 проектных инициатив, но при всем при этом, вы знаете, всегда существует сложность, чтобы понимать, где у нас инвестиционный проект, а где бюджетное финансирование капитальных вложений. Инвестиционный проект предполагает срочность, платность, возвратность использования средств. Субъекты Российской Федерации, 12 субъектов, которые входят в этот регион, предложили нам порядка 195 проектов. Результат показал, что из этих 195 проектов только примерно 20%, которые могут быть пригодны для проектного финансирования, для финансирования в форме прямых инвестиций. Это значит, вхождение в капитал соответствующих проектных компаний. Порядка 20% проектов находятся в стадии, когда их можно довести до этой ситуации.

ВЕДУЩИЙ: 20% - сколько это в объемах?

Александр БАЖЕНОВ: В объемах это получалось порядка 350 миллиардов рублей, примерно 10% от заявленного объема средств, то, что на сегодняшний день находится, в достаточно продвинутой стадии готовности, то, что может поддерживаться Внешэкономбанком, и, как мы считаем, другими инвесторами. А 60% - это то, что ни при каких обстоятельствах при сегодняшнем состоянии структурирования этих проектов не может быть пригодно для того, чтобы частные инвесторы или внебюджетные средства были в них вложены. То есть они просто так не структурированы. Там нет возвратности.

ВЕДУЩИЙ: 10 триллионов рублей - все-таки, за какой период могут быть инвестированы эти средства? Сколько из этой суммы реально может быть инвестировано в проекты?

Александр БАЖЕНОВ: Есть проработки Академии наук и МГУ по инвестиционным возможностям развития этого региона до 2030 года, они оценивают инвестиционный спрос еще больше, если мы действительно пытаемся всерьез использовать возможности, которые создаются развитием Тихоокеанского региона. Они говорят о 20 триллионах рублей до 2030 года. Те заявки, которые формировались у государственной программы, это было, по-моему, до 2025 года. Мы говорим про проекты, которые находятся более-менее, так сказать, в осязаемости регионов, это 195 проектов, это 3,5 триллиона рублей. Вот, к примеру, порядка 800 миллиардов рублей в этом наборе занимает один проект, это проект, связанный с увеличением пропускной способности БАМа для того, чтобы обеспечить развитие всего, что находится к северу, и всего, что находится к востоку от Сибири. Поэтому, это достаточно большие объемы. Но, с другой стороны, пусть даже 3,5 триллиона рублей - это обоснованный инвестиционный спрос. В мире проекты стоимостью 1,5, 2, 5, 8 миллиардов рублей, связанные с комплексным развитием, с развитием инфраструктуры, промышленного развития ежегодно реализуются, и в этой связи нет ничего такого сложного, чтобы их не предложить рынку. Проблема заключается в том, что они должны быть сформированы так, чтобы рынок их смог посмотреть.

ВЕДУЩИЙ: Все-таки, если говорить о 3,5 триллионах рублей, какую долю в этом может покрыть Внешэкономбанк с помощью тех или иных механизмов, на протяжении какого периода? Как вы вообще планируете финансировать эти проекты в ближайшее время, пусть даже те 195, которые находятся в более-менее пригодном состоянии?

Александр БАЖЕНОВ: Во-первых, Внешэкономбанк с уже действующим набором инструментов участвует в финансировании инвестиционных проектов на Дальнем Востоке, и объем нашего участия уже находится по объему проектов, в которых мы участвуем, на уровне 270 миллиардов рублей, порядка 195 миллиардов рублей - это объем обязательств, которые мы взяли даже раньше, чем у нас была соответствующая задача. Теперь мы, безусловно, понимаем, что 3,5 триллиона рублей - меньше или больше - но такого рода объемы не могут поддерживаться одной организацией. Соответственно, нам необходимо создавать условия, чтобы могли приходить и другие инвесторы. И в этой связи решение, которое было принято Наблюдательным советом, заключалось в том, что применительно к Дальнему Востоку у Внешэкономбанка должны быть сформированы особые условия участия в финансировании проектов, и одним из принципиальных условий являлась возможность участия Внешэкономбанка в финансировании инвестиционных проектов на Дальнем Востоке в форме так называемых субординированных кредитов при условии, что 20% от стоимости проектов представлено в форме вложения в капитал соответствующим частным инвестором. До 20% от стоимости проекта может быть представлена кредитом Внешэкономбанка, который был бы субординирован по отношению к другим кредитам из коммерческих источников, может быть, из международных источников, может быть, за счет пенсионных средств. Таким образом, мы для этих других источников, которые обеспокоены тем, как координируется деятельность по развитию инвестиций на Дальнем Востоке, существенным образом снижаем риски.

ВЕДУЩИЙ: Получается, что, действительно, это некая уступка, некая льгота для других кредиторов. В этой связи не будет ли ВЭБ как-то особенно придирчиво отбирать проекты, и, может быть, это затруднит даже предоставление финансирования по факту, когда начнется реализация таких программ? То есть ВЭБ просто будет опасаться, что эти деньги могут быть потеряны, и не захочет выдавать, поскольку, по сути, вы принимаете на себя потери в первую очередь?

Александр БАЖЕНОВ: Во-первых, мы институт развития. Мы созданы для того, чтобы стараться развивать соответствующие проекты. Безусловно, мы не созданы для того, чтобы терять деньги, но здесь должен быть разумный баланс, который заключается в том, что мы представляем в большой степени государство. Соответственно, мы должны создавать механизмы, которые позволяли бы управлять рисками. Возможность участия в управлении рисками позволяет нам брать на себя несколько больших рисков, чем традиционные финансовые институты. Принимая на себя эти риски, мы не ждем, когда они реализуются или не реализуются. Мы участвуем в управлении, мы должны создавать соответствующие механизмы. Соответственно, я бы не сказал, что это льгота. Это, на самом деле, нормальный механизм для многих институтов развития, если вы возьмете, например, опыт Международной финансовой корпорации, то у них тоже существуют две категории займов, которые предоставляются для обычных коммерческих проектов и для проектов, в которых они берут на себя несколько больше рисков.

ВЕДУЩИЙ: Вы упомянули иностранных инвесторов. А что по поводу российских денег? Например, пенсионные средства будут использоваться в этих проектах? Как облегчить участие этих средств.

Александр БАЖЕНОВ: Про пенсионные средства, вы знаете, довольно много людей говорят, относительно того, каким образом их использовать в инфраструктуре. По тому же БАМу, например. Совсем недавно, в январе состоялось очень важное совещание, которое было организовано при участии Председателя Правительства Российской Федерации. Было заключено соглашение с большим количеством грузоотправителей, российских железных дорог, Внешэкономбанком относительно того, каким образом обеспечить развитие пропускной способности железных дорог. Идея ОАО "РЖД" заключается в том, что должны быть выпущены специальные государственные облигации, в которые, в том числе, могут размещаться и пенсионные средства, и международные средства. И расчет по этим облигациям должен происходить за счет того общеэкономического роста, который возникает вследствие того, что транспорт позволяет развивать многие другие отрасли промышленности. Аналогичным образом мы говорим и про проекты на Дальнем Востоке. Вопрос заключается в том, что структурированы они должны быть так, чтобы российские, в том числе, например, пенсионные средства могли туда прийти. Соответственно, какие это условия: концессия, государственная гарантия, гарантии Внешэкономбанка.

Наше участие в проекте, наша возможность управлять рисками такие возможности будут создавать.

ВЕДУЩИЙ: Александр, у нас остается буквально одна минута, но все же мне очень хочется спросить, какие именно проекты в каких отраслях кажутся вам наиболее привлекательными, куда идут инвесторы?

Александр БАЖЕНОВ: В регионах взяли 2685 инициатив, или что-то вроде этого, могу ошибиться на одну - на две сотни. Конечно, должна быть разумная размерность того, что мы реализуем, потому что она позволяет сформировать экономику сбалансированного развития. В этой связи на сегодняшний день мы видим, что частными инвесторами в большой степени охвачены проекты, связанные с туризмом, развитием сельского хозяйства, промышленностью строительных материалов. Это небольшие проекты. Большие проекты связаны с освоением минерально-сырьевых ресурсов при условии, что есть решение инфраструктуры, и огромный спрос не реализуется вследствие того, что нет решения проблем, связанных с развитием инфраструктуры. Поэтому мы считаем, что приоритетом нашего участия является развитие транспортной, энергетической инфраструктуры. В какой-то степени и социальная инфраструктура. Это те принципиальные инструменты, которые позволяют раскрыть экономический потенциал для роста этого региона.

ВЕДУЩИЙ: Александр, спасибо вам большое! Напомню, у нас в студии был директор Дирекции государственно-частного партнерства Внешэкономбанка Александр Баженов.